- Снова накатывало ощущение пустоты и ярости. Эти приступы слез случаются все чаще, каждый раз будто кто-то рвет из меня по кусочкам жизнь, - тихим, слегка хрипловатым голосом проговорила девушка, прижав колени ближе к гриди и спрятав лицо в руках. - Я боюсь идти к врачам. Меня снимут с командования и отправят в больницу. Я так этого боюсь...
- Капитан, вы сами не можете больше с этим справляться, - холодно, с хорошо скрываемым беспокойством заметил рядовой, нависавший над девушкой. - Раньше у вас не случалось таких истерик.
- Я знаю! - рыкнула капитан и лишь задрожала в беззвучных рыданиях.
- Это может быть побочный эффект от операции, - неуверенно заметил подчиненный, слегка смягчившись - его капитан была сложным человеком. Юным, но уже уничтоженным. - Ваша операция была другого ранга, ученые могли повредить мозг.
- Не могли, - едва слышно прошептала в ответ. - Не могли, это все я...
- Капитан! - оскалился рядовой - в его душе все перевернулось. Каждая новая истерика девушки погружала его в прошлое, во время его предательства. Он был одним из виновников того, что с ней произошло. - Прошу, не говорите так!..
- Заткнись, Киянг, - прошипела капитан и разъяренно взглянула исподлобья, лунный отблеск засверкал на металлической части лица. - Мне не нужно твое успокоение.
- И что же вам нужно? - спокойнее спросил подчиненный.
Девушка лишь вновь оскалилась, собираясь съязвить, но губы ее так и остались в едва открытом положении - она не могла подобрать слов, не могла понять своего состояния. Скупая слеза медленно проделывала путь вниз по сухой коже. Коснувшись губ, заставила их двинуться в беззвучном: "Я не знаю".
- Капитан... - нахмурился Киянг, борясь с внутренним желанием обнять эту девчонку, прижать к себе и отогнать от нее все, что наваливается на ее хрупкие плечи. - Обратитесь к вашему другу-ученому, может он может посоветовать что-нибудь!
- Я была у него, - недовольно фыркнула девушка. - Он никогда не сталкивался с такими эффектами у тех, кто прошел операцию. Но назвал это состояние вспышкой "примитивной депрессии". И чтобы точно ее выявить и вылечить, мне необходимо обследование. Я не могу на это пойти!
- Я понимаю. Но нельзя облегчить ваши душевные метания?
Капитан лишь дернула бровью и неожиданно встала, направляясь к узкому окну. Киянг насторожился тем, что его вопрос остался без ответа, но то, что капитан повернулась к нему спиной, ясно говорило, что разговор окончен.
- Честь имею, - едва заметно поклонился рядовой и вышел из подсобки.
Капитан оперлась руками на подоконник и посмотрела на свое отражение в стекле: на нее смотрела молодая девушка лишь с половиной лица. Вся левая часть, огибая нос и рот с подбородком, была покрыта металлом, слабо поблескивающий в бликах луны. Единственный глаз был слегка раскрасневшимся и опухшим, а сжатые в тонкую линию губы показывали, что она пытается сдержать новый приступ слез. девушка зажмурилась и провалилась в воспоминание, которое вызывала у себя каждый день. Чтобы не забыть.